Сурдология, обеспечение полного охвата
magicparfume.ru

Содержание


1.03.2013

«Помпа» в русском языке, как известно, это не только насос, но и внешняя, показная пышность

Лев Амбиндер,
руководитель Российского фонда помощи (Русфонда),
член Совета при Президенте РФ по развитию институтов гражданского общества и правам человека

Февраль был небывало насыщен заявлениями властей по проблемам детского здравоохранения и филантропии вокруг него. Сначала вице-премьер Ольга Голодец сделала удивительное заявление о «почти детективной истории» неоказания государством медпомощи детям, ссылаясь на благотворительную практику закупок инсулиновых помп и публикаций ради сборов пожертвований: «Почему дети оказались на страницах газет, а не в больнице, которая быстро сделает любую операцию?». В ответ последовали заявления менеджеров Минздрава, которые все еще больше запутали.

Доклад министра Вероники Скворцовой 26 февраля в Совете по реализации приоритетных национальных проектов, откровенный и взвешенный, ясности не добавил: власти намерены сотрудничать с благотворителями в интересах больных детей или предпочитают видеть в фондах оппозиционеров и диссидентов?

Для «Ъ» и Русфонда февральская серия заявлений официальных лиц началась еще в прошлом ноябре. 30 ноября нас принял пресс-секретарь МЗ РФ Олег Салагай. Как он заявил, это ответ министра на мою статью в «Ъ» («Кто платит за все», 2 ноября 2012 года). Я там писал, что формула «Государство платит за все» неверна, ибо нигде в мире власть не платит за все, но формула снимает ответственность с власти, если вам не повезло с госбюджетом.

Встреча прошла без помпы, вполне деловито. Мы доложили свое видение сотрудничества медицинских властей и Русфонда: отбор кандидатов на лечение за рубежом, информирование населения о возможностях благотворителей при нехватке госсредств на лечение детей, софинансирование в условиях квотирования высокотехнологичной медпомощи. Пресс-секретарь сказал, что встречей доволен, через неделю даст Русфонду ответ и встречные предложения Минздрава. Минуло 12 недель, ответа и предложений нет как нет.

И вот 6 февраля это заявление вице-премьера Ольги Голодец «Эху Москвы»: «Вся высокотехнологичная помощь должна обеспечиваться государством. Почему дети оказались на страницах газет, а не в больнице, которая быстро и вовремя сделает любую операцию? Если помпа показана ребенку с диабетом, то она должна быть в безусловном порядке без всякой очереди установлена в сроки, которые показаны ребенку». То есть Ольга Юрьевна уверена в существовании у нас системы госгарантий в обеспечении детей-диабетиков помпами, а остальных детей – высокотехнологичной медпомощью? Видимо, вице-премьер полагает, что для этого есть исчерпывающее финансирование? Во всяком случае, госпожа Голодец поручила Минздраву расследование, мы тоже подключились. Вот что выяснилось. В ряде регионов (Самарская и Тверская области) госгарантии на покупку инсулиновых помп действительно действуют и благотворительная помощь не требуется. В других, к примеру, в Петербурге и Пермской области, власти закупают помпы, но недостаточно. В третьих, как в Татарии, Вологодской и Калужской областях, бесплатные помпы не выдают, нет денег. Вице-премьера подвели ее информаторы? Ведь если вот это – система, тогда что ж это за гарантии?!

Однако департаменту медпомощи детям МЗ РФ, похоже, и сейчас все ясно. Выступая 14 февраля на съезде педиатров, его директор Елена Байбарина вскрыла причины сбора фондами денег на лечение детей. «Есть две категории детей: первая – безнадежно больные, их родители хватаются за соломинку в надежде найти помощь за рубежом». Вторая – дети, которые могли бы «получить помощь бесплатно без малейших проблем». Но не получают по вине врачей и федеральных клиник, «не выполняющих план по бесплатной помощи, при этом тут же собираются деньги». Госпожа Байбарина назвала эти проблемы этическими. Ей, конечно, видней. Но Русфонд в 2012 году оплатил зарубежное лечение 140 детям, 10 скончались, но 130 «безнадежных» выжили!

Расследуем не только мы. Расследуют и суды. К нам обратилась за 1,24 млн руб. семья Климишиных из Челябинска. Их двухлетняя дочь тяжело больна, спасает препарат солирис, стоимость на месяц 620 тыс. руб. Весь прошлый год семья добивалась лекарства от местного минздрава, не добилась, а в декабре суд удовлетворил иск Климишиных к минздраву. Судебное решение вступило в силу в середине января, но препарат Климишиным так никто и не выдал. Мы, конечно, их не оставим. Знают ли эту историю в МЗ РФ? Знают: суд приглашал, никто не приехал.

С удивительным заявлением в соцсетях выступил Олег Салагай. Небывалое дело: он предложил фондам слать в МЗ просьбы людей о помощи. Он менее категоричен, чем Елена Байбарина, он не обещает помощи всем. Он обещает отвечать «очень быстро»...

Всю эту путаницу развеяла 26 февраля министр Скворцова в Совете по нацпроектам. Сообщив о «наполнении тарифа медицинской помощи для беременных женщин и детей на 84 процента от расчетного», Вероника Игоревна заявила и о необходимости «дополнительного финансирования новых медтехнологий на 33,7 млрд руб.». Таков сегодня дефицит госфинансирования высокотехнологичной медпомощи детям. Для сведения: благотворители России в 2012 году внесли в погашение этого дефицита не более 3 млрд руб. Всего-то! Мы будем и впредь делать все возможное. И мы принимаем предложение Олега Салагая. Один вопрос, Олег Олегович: 12 недель ожидания – это очень быстро или все ж таки не очень?

Источник: http://www.rusfond.ru/issues/333


Фото:

Чего нельзя употреблять при лечением асд псориаза

боль на спине в низу где лопатки.

Почему не все мастера используют бритву в педикюре


© 2014 ЗОЖ